Вчера был второй день кинофестиваля «Святая Анна». За полчаса до начала сеанса мы вошли в «Дом кино Москва», что на Васильевской, 13. Перво-наперво я обратил внимание, что зрителей совсем немного. Притом нас попросили прийти за полчаса до показа: ну, типа, кафе, кофе, то, сё. Мы разделись в гардеробе, пошли, выпили по чашечке «потрясающего» чая в пакетиках Ахмад. Потом сели в пустой зал и стали ждать начала сеанса. На четырех первых рядах были листочки, где крупно значилось «для съемочной группы». Зрителей, входящих в зал, четыре ряда для съемочной группы умиляли. Они улыбались, говорили что-то, типа: «Такая большая съемочная группа!»
Потом наконец-то начались какие-то движения. На сцену поднялась девушка в джинсах, извинилась за задержку и представила режиссера и главного актера. Андрей Стемпковский подошел к микрофону, пошутил на тему, что, типа, зрителей не так много, потом пошутил про то, что с этим кино он промучился год, а зрителям сейчас предстоят полтора часа. Ну, в общем, человек явно подготовился к короткой речи, а-ля Оскар. И выступил, нужно сказать, хорошо. Получил свою порцию аплодисментов. И сошел (вернее, сошли) со сцены.
Кино наконец-то началось. Что сказать? Начну с того, что это получилось за картина. Это исключительно мое мнение. ИМХО. Фильм «Обратное движение» получился качественным, интернациональным и почти советским. Однако, качественное кино и хорошее кино – это вещи разные. Меня на протяжении полутора часов мучили долгими красивыми люфтами со статичной камерой, с железнодорожными составами, с думающими печальными лицами, с больными на голову ветеранами кавказских войн. И такая печалька была во всех этих персонажах, такая печалька, что, кажется, и осталось только в петлю или пулю в висок, перед этим расстреляв генерала Грачева. Притом, актеры действительно играли хорошо. Претензий к актерской игре нет.
Кино, безусловно, достойно внимания, но, господа и дамы, нельзя же так драматично подходить к драме! Жизнь – она намного парадоксальней, загадочней и веселей при всем своем трагизме и тупизме. К середине картины я вычислил логику главного героя и сквозное действие сценария. Я понял… Главный герой, солдат, вернувшийся с чеченской, видимо, войны в конце фильма будет спасать черненького беспризорника, которого за время службы в армии приютила к себе мама солдата. Всё ясно. Не нужно меня так долго мурыжить. Показывать, как флегматичный ленивый солдат сначала с ненавистью, потом с подозрением относится к нерусскому мальчику. И всё это на долгих красивых паузах, на люфтах. В том фильме столько воздуха, что у меня началось головокружение. Я подозреваю, что режиссер долго учился у какого-то советского мастера, который, как полагается, научил своего ученика «лепить Тарковского» и «тосковать печалькой». Чувствуется старая киношная школа. И от этого становится противно. Понимаешь, как устарело НАШЕ кино. Даже качественное наше кино устарело. Нет, Вим Вендерс и Джим Джармуш тоже устарели и исснимались в хлам. Проблема огромных люфтов – это проблема мирового авторского кино. Все же считают себя гениями картинки и мастерами больших люфтов.
Если в одном предложении сказать про что было это кино, то у меня выйдет следующее. Опять-таки, ИМХО. Фильм «Обратное движение» - это история про то, как хороший русский парень убил плохих русских парней, чтобы спасти черненького пацана. Скажу сразу, мне такая сверхзадача фильма категорически не нравится. Мне претит интернациональная идея спасения кавказского или азиатского мальчика путем смерти нескольких человек. Притом, спасая мальчугана, погибает и сам герой. То есть, мама героя остается одна, с этим черненьким мальчишкой, который и по-русски не очень разговаривает (в фильме не произносит ни слова).
То что мама остается с мальчиком, теряет своего родного сына и что из этого выйдет или может выйти – на это обратила внимание Аленка. Она профессионально занимается психологией, поэтому ей ближе темы отношений. И она сказала следующее: «Как, с какими мыслями будет жить мама солдата, солдата, который погиб, спасая черненького мальчика. Это ребенок никогда не заменит матери погибшего сына» А ведь верно! Блин! Тут-то интернациональная идея фильма проваливается, ударяется о психологию женщины и разбивается в пух и прах. Всё рушится. Разваливается на кусочки. И мы понимаем. Это всё брехня и вранье. Не нужно мне безутешно плакать, как плохие русские парни воюют с хорошими русскими парнями из-за черненького мальчика.
Я просекаю конкретную задачу фильма. ПОПАСТЬ В ЕВРОПУ. СООТВЕТСВОВАТЬ ЕВРОПЕЙСКО-АМЕРИКАНСКОЙ КОНЪЮНКТУРЕ. Так вот – не произошло самого главного – не произошло попадание в российского зрителя. Пусть Мировой Интернационал, выравнивая красивую ровную дорожку кокса, смотрит это кино, пытается преодолевать эти огромные люфты, а-ля Тарковский. А мне не хочется смотреть такой фильм. «Обратное движение» на фестивале «Святая Анна». Кино качественное, но не хорошее.
Потом наконец-то начались какие-то движения. На сцену поднялась девушка в джинсах, извинилась за задержку и представила режиссера и главного актера. Андрей Стемпковский подошел к микрофону, пошутил на тему, что, типа, зрителей не так много, потом пошутил про то, что с этим кино он промучился год, а зрителям сейчас предстоят полтора часа. Ну, в общем, человек явно подготовился к короткой речи, а-ля Оскар. И выступил, нужно сказать, хорошо. Получил свою порцию аплодисментов. И сошел (вернее, сошли) со сцены.
Кино наконец-то началось. Что сказать? Начну с того, что это получилось за картина. Это исключительно мое мнение. ИМХО. Фильм «Обратное движение» получился качественным, интернациональным и почти советским. Однако, качественное кино и хорошее кино – это вещи разные. Меня на протяжении полутора часов мучили долгими красивыми люфтами со статичной камерой, с железнодорожными составами, с думающими печальными лицами, с больными на голову ветеранами кавказских войн. И такая печалька была во всех этих персонажах, такая печалька, что, кажется, и осталось только в петлю или пулю в висок, перед этим расстреляв генерала Грачева. Притом, актеры действительно играли хорошо. Претензий к актерской игре нет.
Кино, безусловно, достойно внимания, но, господа и дамы, нельзя же так драматично подходить к драме! Жизнь – она намного парадоксальней, загадочней и веселей при всем своем трагизме и тупизме. К середине картины я вычислил логику главного героя и сквозное действие сценария. Я понял… Главный герой, солдат, вернувшийся с чеченской, видимо, войны в конце фильма будет спасать черненького беспризорника, которого за время службы в армии приютила к себе мама солдата. Всё ясно. Не нужно меня так долго мурыжить. Показывать, как флегматичный ленивый солдат сначала с ненавистью, потом с подозрением относится к нерусскому мальчику. И всё это на долгих красивых паузах, на люфтах. В том фильме столько воздуха, что у меня началось головокружение. Я подозреваю, что режиссер долго учился у какого-то советского мастера, который, как полагается, научил своего ученика «лепить Тарковского» и «тосковать печалькой». Чувствуется старая киношная школа. И от этого становится противно. Понимаешь, как устарело НАШЕ кино. Даже качественное наше кино устарело. Нет, Вим Вендерс и Джим Джармуш тоже устарели и исснимались в хлам. Проблема огромных люфтов – это проблема мирового авторского кино. Все же считают себя гениями картинки и мастерами больших люфтов.
Если в одном предложении сказать про что было это кино, то у меня выйдет следующее. Опять-таки, ИМХО. Фильм «Обратное движение» - это история про то, как хороший русский парень убил плохих русских парней, чтобы спасти черненького пацана. Скажу сразу, мне такая сверхзадача фильма категорически не нравится. Мне претит интернациональная идея спасения кавказского или азиатского мальчика путем смерти нескольких человек. Притом, спасая мальчугана, погибает и сам герой. То есть, мама героя остается одна, с этим черненьким мальчишкой, который и по-русски не очень разговаривает (в фильме не произносит ни слова).
То что мама остается с мальчиком, теряет своего родного сына и что из этого выйдет или может выйти – на это обратила внимание Аленка. Она профессионально занимается психологией, поэтому ей ближе темы отношений. И она сказала следующее: «Как, с какими мыслями будет жить мама солдата, солдата, который погиб, спасая черненького мальчика. Это ребенок никогда не заменит матери погибшего сына» А ведь верно! Блин! Тут-то интернациональная идея фильма проваливается, ударяется о психологию женщины и разбивается в пух и прах. Всё рушится. Разваливается на кусочки. И мы понимаем. Это всё брехня и вранье. Не нужно мне безутешно плакать, как плохие русские парни воюют с хорошими русскими парнями из-за черненького мальчика.
Я просекаю конкретную задачу фильма. ПОПАСТЬ В ЕВРОПУ. СООТВЕТСВОВАТЬ ЕВРОПЕЙСКО-АМЕРИКАНСКОЙ КОНЪЮНКТУРЕ. Так вот – не произошло самого главного – не произошло попадание в российского зрителя. Пусть Мировой Интернационал, выравнивая красивую ровную дорожку кокса, смотрит это кино, пытается преодолевать эти огромные люфты, а-ля Тарковский. А мне не хочется смотреть такой фильм. «Обратное движение» на фестивале «Святая Анна». Кино качественное, но не хорошее.