Сцена 1.
Спальный городской микрорайон, стандартная кирпичная пятиэтажка. У подъезда стоит баллон с ацетиленом. Два молодых слесаря, Ион и Мартын ругаются.
Ион: …Не, я-то знаю... Я-то знаю...
Мартын: Какого хера - ты знаешь?! Знает он. Знайка еще не выросла. Знает он. Чё ты смотришь?
Ион: Могу не смотреть.
Мартын: Вот и не смотри. А то смотрит. Какого хера ты улыбаешься? Говорить со мной не хочешь? И не говори. Молчи лучше. У тебя это хорошо получается. Понарожают уродов... Потом мучайся с ними. Ну, чё ты молчишь? Молчит, блин! У тебя деньги-то есть? маленько?
Ион: Маленько есть.
Мартын: Скока - маленько. Маленько - у него есть.
Ион: Скока надо. Все мои.
Мартын: И живи, как жил. Дешевка! Дешевкой жил, дешевкой и сдохнешь.
Ион: Ну и пойду.
Мартын: Куда ты пойдешь, блядь? Куда? Без меня? Да? Ты смотри, что творят, блядь!
Ион: А чё?
Мартын: А не чё! Ты черт? или бродяга?
Ион: Почему я бродяга-то?..
Мартын: Значит, ты черт? Да?
Ион: Почему я черт-то?
Мартын: А кто ты тогда есть? Ты черт или бродяга – скажи?
Ион: Человек я, а не бродяга, не черт…
Мартын: Черт ты, а не человек. Смотришь на меня!? Чё смотришь? Какого хера!? Уставился!
К ним подходит бригадир.
Бригадир: Чё лаетесь? Айда, резать.
Мартын и Ион молча разматывают шланг…
Мартын: Говорил, надо было сразу купить. Он – потом, потом.
Сцена 2.
Квартира на первом этаже. После долгого и настойчивого стука к двери подходит миловидная пожилая женщина, открывает. Входят два молодых слесаря Мартын, Ион и бригадир. Они пробираются через нагромождение каких-то деревяшек. Мартын и Ион первым делом проходят в ванную.
Бедно обставленная квартира. Старый холодильник. На тумбочке – канделябр с тремя рожками, заменяющий хозяйке плиту.
Бригадир: (читает бумагу) Галина Петровна Захарова. Правильно? Дом 54, квартира 32. Ну, чё – мать – пожила без света. С сегодняшнего дня будешь жить без воды. Именем революции. (Ион и Мартын смеются)
Галина Петровна: Простите…
Бригадир: (кричит ей на ухо) Будем резать, мать.
Галина Петровна: (чуть не плача) Простите…
Бригадир: (Мартыну) Давай, Мартын, начинай.
Мартын: (выходя из ванной) Ну и чё, аккурат подле раковины отхерачим и – будь здоров - запаяем?
Ион: (выходя из ванной) Не-а. Там правее нужно. Ближе к стенке.
Мартын: (кричит) Да иди ты на хер!.. Ближе к стенке. К какой стенке?!
Ион: (кричит) Куда я ту-то хренотень воткну?! А? Как я там встану?
Мартын: (кричит) Раком, бля, встанешь!
Ион: Как?
Мартын заходит в ванную.
Мартын: (кричит) Каком кверху. Вот сюда и воткнешь, бляха-муха! Видишь, херовина. Выделываешься тут! Не выделывайся. Молчи лучше. Делай.
Ион: Сам, значит, делай.
Мартын: Я ща сделаю тебе – по рогам. Ща!
Бригадир: Всё – хорош. От вашего крику уши в трубочку сворачиваются. Ну, мужики, вы такие молодые, а такие тупые.
Мартын: Я не тупой. Вон тупой.
Ион: Да иди ты.
Бригадир: Всё – баста. Режь. (пауза)
Бригадир оглядывает более, чем скромную обстановку квартиры. Кровать с панцирной сеткой, две старых деревянных табуретки, сервант 70-х годов – с разбитыми зеркалами, с потолка свисает лампочка. Бригадир нажимает выключатель. Лампочка не загорается.
Бригадир: Мать, а как же ты без света живешь?
Галина Петровна: Беру тряпочку, мочу ее в растительном масле, кладу на рожок, поджигаю… Вот тебе и свет.
Мартын: (улыбается, чешет немытую голову) А ну, мать, научи. А то вдруг война, бляха-муха. Масло, поди, будет, а света может не быть.
Бригадир: (на Мартына) Что ты – выделываешься?
Мартын: А что я выделываюсь? Я не выделываюсь. А вдруг – правда – война. Чё? Давно уже не было.
Бригадир: Ой, дурак!
Галина Петровна демонстрирует - берет тряпочку… мочит в масле… ставит на рожок… поджигает…
Галина Петровна: (озвучивает) Ставлю металлическую чашечку, наливаю воды, часа через полтора она закипает, сыплю манку - каша готова.
Мартын: (смеется) Голь на выдумку хитра. (пауза. Смотрит на мрачного бригадира) Гм.
Галина Петровна: В месяц на «топливо» уходит две бутылки масла.
Бригадир: А не дешевле за свет заплатить?
Галина Петровна: Может быть… Но… не выходит. Боюся. Как только приносят пенсию, иду на рынок и отовариваюсь. Крупа, лапша, моющие средства, спички. И обязательно растительное масло… Живу. Вот так.
Мартын смеется. Бригадир смотрит на него с упреком. Мартын прекращает смеяться, заходит в ванную, копошится там, роняет тазы.
Мартын: (из ванной) У, бля-муха!
Бригадир: Ты, мать, как-то неправильно живешь… жизнь строишь.
Галина Петровна: Не знаю… Утром просыпаюсь под стук мусорных контейнеров (они – под окнами), делаю зарядку. Потом часа примерно два варю кашу, завтракаю, мою посуду. (пауза) Теперь не знаю, как буду.
Мартын выходит из ванной.
Мартын: Ну, чё, бригадир, режем на хрен?
Бригадир: Погоди.
Мартын: Чё годить-то?
Бригадир: (кричит) Погоди, говорю.
Мартын: Ёбт. Погоди-погоди. Мы сегодня с дружбанами в боулинг собирались.
Бригадир смотрит строго на Мартына. Тот уходит обратно в ванную.
Мартын: (напевает) Круто ты попал на… аха.
Ион рассматривает гитару на стене.
Галина Петровна: (с улыбкой) Хотите вам на гитаре сейчас сыграю. Я даже нотную грамоту изучаю. На гитаре (имитирует руками игру на гитаре) - музыку. Хотите? (подходит к окну раздвигает шторы)
Бригадир: (смотрит на часы) А что часы стоят?
Галина Петровна: Когда солнце поднимается я понимаю: 12 часов, пора приниматься за приготовление обеда. Опять разжигаю «очаг», ставлю на него баночку, варю лапшу. После обеда ненадолго выхожу на улицу подышать воздухом. Стираю, прибираю в квартире. В пять темнеет, и я готовлюсь ко сну. В шесть уже в постели.
Бригадир: (кричит Мартыну в ванную) Мартын, пойди сюда. (Мартын выходит) Ты в часах немного, слышал, разбираешься. Посмотри. Вон на стенке висят.
Мартын: А резать когда?
Бригадир: ПотомА – резать. Не время. Глянь часы.
Мартын: А у меня и инструментов нет.
Галина Петровна спешит к старой швейной машинке.
Галина Петровна: У меня есть тут отвертки маленькие.
Несет отвертки Мартыну. Мартын глубоко вздыхает, берет отвертки, снимает часы со стены, начинает копаться с часами.
Бригадир: (Галине Петровне) Зачем же вы нам открыли?
Галина Петровна: А почему не открыть. (смотрит на кровать) Вы же не преступники… не убийцы никакие…
Бригадир: У вас телефон есть?
Галина Петровна: Нет.
Бригадир: Телевизор?
Галина Петровна: И телевизора нет.
Бригадир: Радио тоже нет?
Галина Петровна: Было когда-то. До перестройки.
Бригадир: А соседи что?
Галина Петровна: А что соседи, жалеют меня. А что меня жалеть? Близких родственников у меня нет, а дальние про меня давно забыли. Я ведь одна совсем живу. (как будто что-то вспоминает) Ой, боже ты мой! Может вам чаю поставить?.. Пока… Пока трубу не отрезали.
Бригадир: Спасибо. Не нужно. А пенсия у вас сколько?
Галина Петровна: 500 рублей пенсии.
Бригадир: Мало.
Галина Петровна: Да. 500. Хлеб покупаю дважды в месяц, сразу после пенсии. Вкуса молока и сливочного масла не помню, для меня это деликатесы.
Бригадир: По монетизации льгот вам не добавили что ли… к пенсии?
Галина Петровна: А что это - монетизация?
Бригадир снимает с головы кепку, мнет ее в руках, потом снова надевает. Идет к окну, смотрит в окно. Идет к печи, пробует включить печь.
Бригадир: Свет давно отрезали?
Галина Петровна: Больше года.
Бригадир: Всё-таки сходите в пенсионный фонд… По субсидиям на жилищно-коммунальные услуги похлопочите.
(поднимает с пола бумагу и дает ей) Видите написано: «Администрация ЖЭУ-29 сообщает, что ваша задолженность по оплате за ЖКУ составляет на 1 мая 2004 года 3250 рублей 43 копейки. Срочно оплатите долги, иначе будем готовить документы на выселение».
Галина Петровна пожимает плечами. Бригадир подходит к Мартыну.
Бригадир: Ну чего там, Мартын?
Мартын: (делает последний винт, протягивает часы Бригадиру) Тикают.
Бригадир: Идут?
Мартын кивает головой, протягивает отвертки Галине Петровне. Бригадир вешает часы на стену.
Бригадир: (с улыбкой) Ходят. У Мартына нашего руки золотые. Он с виду только дурак.
Галина Петровна: Ой, спасибо, добрые люди! Ой, спасибо!
Мартын смущается.
Мартын: Да, фигня.
Бригадир: Всё, Мартын, Ион, поехали дальше. Потом здесь…
Удивленный Ион подходит к бригадиру.
Ион: Ты чё, бригадир!? Я уже всё подготовил. Сейчас только аппарат зажжем… Чик, и всё.
Бригадир: Я тебе говорю, не надо. Собирай инструмент, поехали.
Ион и Мартын собираются уходить.
Галина Петровна: (от растерянности) Электричества у меня уже нет… Давно. Да. Вот. С тех пор подсвечник заменил мне плиту.
Бригадир: Я спрошу электриков, как они отрубили… У вас пенсия что ли маленькая? Или копите куда?
Галина Петровна: Нет. Я уходила на пенсию в 92-м году из института. Отработала почти двадцать лет. Звонила председателю профкома института… Не помогли. Ну я руки и опустила. Да мне и так хорошо.
Бригадир: А вы на выборы ходите?
Галина Петровна: Была один раз – в 96-м году.
Бригадир: До свидания. Или – лучше прощайте.
Галина Петровна: (топчется в старых тапочках, нервничает) Заходите как-нибудь. Я вам на гитаре сыграю.
Бригадир: Спасибо.
Бригадир со слесарями выходят.
Сцена 3.
Галина Петровна закрывает за ними двери. Из-под кровати вылезает бритоголовый мужчина в фуфайке с пистолетом - Сафрон. Он подходит к двери, смотрит в глазок, улыбается Галине Петровне.
Сафрон: Ну, ты и бодягу развела, мать! У меня аж спина затекла.
Галина Петровна молча разводит руками.
Сафрон: Значит, грошей, говоришь у тебя нетути?
Галина Петровна машет головой, губы ее трясутся.
Сафрон: Старушка, ну ты чё потеешь? (ложится в обуви на диван) А ты барно этим вкручивала…
Стук в дверь. Сафрон направляет пистолет на Галину Петровну.
Сафрон: Кто еще?
Галина Петровна пожимает плечами, слёзы катятся из ее глаз.
Сафрон: (строго) А ну брось ручьи лить!
Стук продолжается еще.
Голос бригадира за дверью: «Я же говорю, ее нет дома». Голос заместителя директора по сбыту Павла Робертовича Шаповалова: «Значит, зови участкового, пусть ломает дверь». Сафрон показывает Галине Петровне кивком головы, чтобы она открывала. Галина Петровна идет открывать. Тем временем Сафрон лезет под кровать.
Галина Петровна открывает двери.
Сцена 4.
В двери входят Павел Робертович, бригадир и Юлия Игоревна. Павел в наглую проходит через всю квартиру, трогает батареи.
Павел: Ей надо еще и батареи отрезать. Оставить один стояк. (заглядывает в бумажку, говорит Галине Петровне) У тебя, Галина… это… Петровна, задолженность по свету две тысячи сто пятьдесят рублей 42 копейки, за воду – аж, пять тысяч четыреста семь рублей, а за отопление – караул – семь тысяч сто. Ясно? Резать к чертовой бабушке. (Бригадиру) Где твои бойцы, Бригадир?
Бригадир: На обед пошли.
Павел: Ну как так? Какой к черту обед? Звони, вызывай обратно. (Юлии) Вот, уважаемая Юлия Игоревна, наши должники. Вот оно каково лицо злостного неплательщика. Потому в нашей энергокомпании зимой не хватает угля, летом денег на ремонтные материалы, а осенью по этой простой причине мы с вами не можем пустить тепло вовремя, потому что ремонт к чертовой бабушке затянулся. Где ваша пресса, уважаемая пресс-секретарь?
Юлия: Павел Робертович, я не уверена, что получим позитивный пиар, сняв сюжет о том, как мы квартиру пожилого человека, у которого и так нет света, отрезаем от воды.
Павел: Юлия Игоревна, признаюсь честно, мне глубоко похеру какой пиар мы получим – позитивный или негативный. Мне важно, чтобы люди напугались, и пошли платить за тепло, воду и свет. Для чего тогда эти радикальные методы. (Бригадиру кричит) Бригадир, твою мать! Звони слесарям. Чтобы через пять минут были здесь.
Бригадир набирает мобильный.
Бригадир: Алло, Мартын. Бегом в квартиру старушки…
(выходит через дверь из квартиры)
Сцена 5.
К подъезду идут Мартын и Ион. Ион прячет в сумку бутылку водки. Мартын говорит по мобильному телефону.
Мартын: Понял, шеф. Ща.
Отключает телефон. Сразу же обращается к Иону, как будто только что был прерван их разговор.
Мартын: Ты знаешь, у нее есть одно преимущество – она глотает сперму.
Ион: Ну и чё?
Мартын: Не каждая баба глотает сперму.
Ион: Ну и чё?
Мартын: Меня это устраивает.
Ион: По-моему, это херня.
Мартын: Не гони. Скажи честно, твои бабы глотали сперму?
Ион: Не знаю.
Мартын: А кто знает?
Ион: Не помню.
Мартын: С тобой невозможно базар вести.
Ион: Ну и не веди. (пауза) Я не перевариваю, когда со мной базарят на такие темы.
Мартын: На какие темы?
Ион: Ну, на такие – про сперму, про предстательную железу.
Мартын: Я тебе слова не сказал про предстательную железу…
Ион: Я для примера.
Мартын: Понятно.
Ион: Что тебе понятно?
Мартын: Всё понятно. (пауза) Тоже мне – друг называется.
Ион: Иди ты на хер!
Мартын: Сам пошел туда!
Они подходят к подъезду.
Ион: У Катюхи такой жопец!
Мартын: Кто такая Катюха?
Продолжение